ительница Дрездена Маргарет Фрейер вспоминала:

В огненном шквале раздавались стоны и крики о помощи. Всё вокруг превратилось в сплошной ад. Я вижу женщину — она до сих пор у меня перед глазами. В её руках свёрток. Это ребёнок. Она бежит, падает, и младенец, описав дугу, исчезает в пламени. Внезапно прямо передо мной возникают двое. Они кричат, машут руками, и вдруг, к ужасу моему, я вижу, как один за другим эти люди падают на землю (сегодня я знаю, что несчастные стали жертвами нехватки кислорода). Они теряют сознание и превращаются в золу. Безумный страх охватывает меня, и я все время повторяю: «Не хочу сгореть заживо!» Не знаю, сколько ещё людей попались на моем пути. Я знаю только одно: я не должна сгореть.

Танцовщица и учительница танцев Грет Палукка в 1925 году основала в Дрездене школу современных танцев и с того времени жила в Дрездене:

Тогда я пережила что-то страшное. Я жила в центре города, в доме, где я жила, почти все погибли, в том числе и потому, что боялись выйти. Мы ведь были в подвале, примерно шестьдесят три человека, и там я сказала себе — нет, так здесь можно погибнуть, так как это не было настоящим бомбоубежищем. Тогда я выбежала прямо в огонь и перепрыгнула через стену. Я и ещё одна школьница, мы были единственными, кто вышел. Тогда я пережила нечто страшное, а потом в Гроссен Гартен (парк в черте города) пережила ещё больший ужас, и мне понадобилось два года, чтобы его преодолеть. По ночам, если во сне я видела те картины, я всегда начинала кричать.

По воспоминаниям радиста британских ВВС, участвовавшего в налёте на Дрезден:

В то время, меня поразила мысль о женщинах и детях, находившихся внизу. Казалось, мы часами летели над морем огня, бушевавшего внизу — сверху это выглядело как зловещее красное свечение с тонким слоем дымки над ним. Помню, я сказал другим членам экипажа: «Боже мой, эти бедолаги внизу.» Это было совершенно необоснованно. И это невозможно оправдать