«Содержание скотины» кинофильм режиссёра Нагисы Осимы. Экранизация одноимённого рассказа Кэндзабуро Оэ.Лето 1945 года. Жители глухой деревни находят в лесу чернокожего американского пилота, сбитого над Японией и получившего тяжёлые ранения. Поскольку власти не горят желанием забрать пленного, вся ответственность за него и все заботы ложатся на плечи крестьян, которых отнюдь не радует необходимость содержать ещё один рот в это непростое время. Постепенно, по мере того, как запертый в хлеву афро-американец набирается сил и выздоравливает, он становится козлом отпущения за все невзгоды жителей деревни...

Варвара! - сказал Лоханкин в нос. Жена молчала, громко дыша.

  -- Варвара! - повторил он. -- Неужели ты в самом деле уходишь от меня к Птибурдукову?

  -- Да, -- ответила жена. -- Я ухожу. Так надо.

  -- Но почему же, почему? -- сказал Лоханкин с коровьей страстностью.

  Его и без того крупные ноздри горестно раздулись.

Задрожала фараонская бородка.

  -- Потому что я его люблю.

  -- А я как же?

  -- Васисуалий! Я еще вчера поставила тебя в известность. Я тебя больше не люблю.

  -- Ноя1 Я же тебя люблю, Варвара!

  -- Это твое частное дело, Васисуалий. Я ухожу к Птибурдукову. Так надо.

  -- Нет! -- воскликнул Лоханкин. -- Так не надо! Не может один человек уйти, если другой его любит!

  -- Может, - раздраженно сказала Варвара, глядясь в карманное зеркальце. -- И вообще перестань дурить, Васисуалий.

  -- В таком случае я продолжаю голодовку! - закричал несчастный муж. -- Я буду голодать до тех пор, покуда ты не вернешься. День. Неделю. Год буду голодать!

  Лоханкин снова перевернулся и уткнул толстый нос в скользкую холодную клеенку.

  -- Так вот и буду лежать в подтяжках, - донеслось с дивана, -- пока не умру. И во всем будешь виновата ты с инженером Птибурдуковым.

  Жена подумала, надела на белое невыпеченное плечо свалившуюся бретельку и вдруг заголосила:

  -- Ты не смеешь так говорить о Птибурдукове! Он выше тебя!

  Этого Лоханкин не снес. Он дернулся, словно электрический разряд пробил его во всю длину, от подтяжек до зеленых карпеток.

  -- Ты самка, Варвара, -- тягуче заныл он. -- Ты публичная девка!

  -- Васисуалий, ты дурак! -- спокойно ответила жена.

  -- Волчица ты, -- продолжал Лоханкин в том же тягучем тоне. -- Тебя я презираю. К любовнику уходишь от меня. К Птибурдукову от меня уходишь. К ничтожному Птибурдукову нынче ты, мерзкая, уходишь от меня. Так вот к кому ты от меня уходишь! Ты похоти предаться хочешь с ним. Волчица старая и мерзкая притом!

Услышав знакомый замогильный голос, Остап взглянул на тротуар. За шпалерой тополей шествовала под руку немолодая уже чета. Супруги, видимо, шли на берег. Позади тащился Лоханкин.

Он нес в руках дамский зонтик и корзинку, из которой торчал термос и свешивалась купальная простыня.

  -- Варвара, - тянул он, - слушай, Варвара!

  -- Чего тебе, горе мое? -- спросила Птибурдукова, не оборачиваясь.

  -- Я обладать хочу тобой, Варвара!..

  -- Нет, каков мерзавец! - заметил Птибурдуков, тоже не оборачиваясь.

  И странная семья исчезла в